linlobariov (linlobariov) wrote,
linlobariov
linlobariov

Category:

Статья полуторагодовой давности про самиздат - 1

Позапрошлой осенью сделал статью, которую когда-то давно обещал нескольким коллегам. прочитал ее как доклад на Зиланте-2011, и с тех пор держал в загашнике, надеясь вот-вот доделать, дошлифовать и выступить с блеском. Но руки не доходят, так что кладу как есть. Не обессудьте, если что. 8)

Огромное спасибо Марии Галиной и Роману Арбитману за высказанные замечания.

Интересно посмотреть, какие описанные тенденции за эти полтора года укрепились, а какие оказались случайными. 8)

Современный самиздат, или Как самому издать книгу
и при этом не чувствовать себя идиотом

.

Часть первая, теоретическая


0.


Правила хорошего тона требуют сперва представиться. Итак, меня зовут Лин Лобарев, в той или иной форме я занимаюсь самиздатом с 1993 года, в первые годы преимущественно в ролевой субкультуре. Первое малотиражное издание, в подготовке которого я принимал участие - легендарный "Звирьмариллион" Алексея Свиридова. 1993 год, карманный формат, 64 страницы, скрепка, тираж 500 штук. Разлетелось, надо сказать, со свистом.

Дальше с 1995 по 2009 год включительно, под моим руководством выходил литературный альманах (фэнзин) "Конец эпохи". Это 15 полных лет, то есть получился один из самых «долгоиграющих» подобных проектов. Три раза в год, 300 экземпляров, первые годы - 64 страницы на скрепке, последние годы - 128 страниц в дизайнерской обложке и с клееным переплетом. Параллельно набирается с десяток отдельных книг, тоже в мягком клеевом переплете или на скрепке.

ИЗДАННЫЕ С МОИМ УЧАСТИЕМ КНИГИ

"Звирьмариллион" - первая ласточка всех моих будущих проектов



Обложки первого и последнего номеров альманаха "Конец эпохи": 1995-й год и 2009-й



Новые издания, твердый переплет

А в последние несколько лет я переключился на твердый переплет и поэкземплярную печать. Все это делалось совершенно самостоятельно, мы никогда не были под патронажем какой-либо типографии или издательства и за исключением двух случаев не имели спонсоров.

Опыт этих почти 20 лет я и попытаюсь суммировать.

Делая любое дело лучше все-таки понимать, что именно ты делаешь, почему и в каком контексте. Не так важны конкретные практические методики, как правильное понимание ситуации, в которой предстоит действовать. Так что первая часть нашего балета – теоретическая.

1. Определение ситуации



В наше время с книгоизданием складывается очень интересная и довольно уникальная в историческом масштабе ситуация. В последние сто с небольшим лет книгоиздание стало массовым (я рассматриваю в качестве этапной точки "Дешевую библиотеку", "Библиотеку журнала Нива" и им подобные мягкие покеты с тиражом 100-150 тысяч). Книга перестала быть сперва предметом роскоши, а затем и «сакральным» предметом. Сейчас мы наблюдаем логическое завершение этой тенденции, когда книга и вовсе делается одноразовой - большую часть (причем подавляюще большую, процентов 80) массива издаваемой художественной литературы составляют покеты с дамскими романами и ироническими детективами - то есть, то, что прочитывается один раз и оставляется на лавочке в метро. И такое ощущение, что подобная судьба книги закладывается уже при производстве. Массовое книгоиздание достигло логической вершины.


Пример книги из серии "Дешевая библиотека", конец 19 века

Важно! Я не беру учебники, справочники и прочую прикладную литературу, а также детские иллюстрированные издания. Там другие требования к "твердой копии". Нас сейчас интересует именно обычная художка.

Книгоиздатели явно не до конца справляются с этой новой необычной ситуацией изобилия. наиболее заметно это по двум моментам. Во-первых, бросается в глаза затоваренность рынка наименованиями. При полном отсутствии какой-либо предусмотренной заранее возможности в этих наименованиях сориентироваться. Чтобы хоть как-то разобраться в этом потоке, квалифицированному читателю приходится прикладывать усилия совершенно титанические. Книг сотни тысяч, а информационную поддержку издательства оказывают считанным единицам. Вспомните, насколько однотипны хоть бы те же аннотации в фантастических сериях.

Разумеется, спрос рождает предложение, в сети начинают появляться книжные рекомендательные сервисы, однако это внешние относительно книгоиздательской системы сервисы. Нынешнее массовое книгоиздание не обзавелось адекватной потребительской инфраструктурой.

Вторая интересная тенденция - постоянные излишки тиражей. Даже при заводе в 3-4 тысячи. По сути это означает неспособность системы распространения равномерно распределить книжный поток по городам страны, отсутствие адекватной логистики. Ну и неспособность вести грамотную ценовую политику. В результате к примеру книга доходит только до Москвы и внезапно Твери, причем сначала полгода лежит в магазине мертвым грузом за 500 рублей, а потом уходит в слив по 25. Массовое книгоиздание не обзавелось адекватной системой ценообразования и распространения. Некоторые издательства даже весьма своеобразно учитывают это, заранее оговаривая в авторских договорах условия уничтожения нераспроданной части тиража.

Казалось бы, все и так плохо, куда тут еще и самиздату лезть? Однако это не совсем так. В структуре книгоиздательства у самиздата в каждый момент времени была своя функция. Есть она и сейчас.

2. Терминология и история вопроса



Большинство из нас познакомилось с самиздатом уже в девяностые. Хотя нет, сейчас большинство - уже в двухтысячные. Поэтому я позволю себе потратить время на небольшой исторический экскурс.

В рамках этой статьи я предлагаю считать самиздатом издания, сделанные с помощью печатной техники и воспроизводимые в тираже. Это значит, что в обзор не попадут так называемые «списки», рукописные копии 18-19 века, а также более современная так называемая «книга художника»: стихи, написанные на обоях, нарисованные вручную гравюры, переплеты из спичек, микроиздания на рисовых зернах и прочие высокохудожественные экзерсисы, возможные в количестве не большем, чем 3-5 экземпляров.


То, что сейчас называется "книга художника" - ручная работа, не воспроизводимая в тираже - уже не самиздат, а отдельный вид искусства

С другой стороны, нужно провести границу между самиздатом и обычным издательством. Здесь я предлагаю два формальных признака. Самодеятельное (малое) издательство не имеет сотрудников на зарплате (то есть существует в первую очередь на энтузиазме, а не по финансовым причинам), а разовый тираж его книги не превышает тысячи экземпляров. Можно ввести еще одно ограничение - количество наименований в год. Скажем, не больше десяти.

Далее. Я склонен видеть важнейшими точками развития современного нам отечественного самиздата следующие.

Серебряный век. Поэтические сборники акмеистов, футуристов, обэриутов и пр., выходившие тиражом от 50 до 300 экземпляров в эпоху торжества той самой 150-тысячной "Дешёвой библиотеки". Удивительно, что такие несерьезные тиражи тем не менее оказывались значимыми, оставались в истории. Именно они впоследствии сформировали представление о тогдашней литературной ситуации. Это, пожалуй, главный для самиздата результат той эпохи. "Серебряный век" дал самиздату веру в свои силы.

В Советской России с самиздатом было довольно сложно. Годы НЭПа не требовали самодеятельности, позволяя официально издавать все подряд. Число издательств на душу населения едва ли не превышало сегодняшнее, в одном Питере в 1926 году их было зарегистрировано более 3800. А с завершением НЭПа, созданием ОГИЗа и закручиванием гаек, НКВДшники начали оперативно выдавать за самиздат премию Дарвина, и заниматься им скоро стало некому.

В шестидесятые и семидесятые самиздат вернулся. Собственно именно тогда (точнее - чуть раньше, в начале пятидесятых) было изобретено само слово. Это второй важный период его развития. Самодеятельное издание уже не грозило смертью, а отсидка в некоторых случаях выглядела допустимым риском.

Самиздатом в тот период называли несколько разных вещей.

Во-первых, машинописные копии художественных произведений, как правило где-то вполне официально выходивших, просто очень редких. Во-вторых, самодеятельные политические и литературные журналы, оппозиционные власти, неподцензурная диссидентщина, фактически - голоса подполья. (Зарубежный «тамиздат» - отдельная история, за рамками этого доклада.) Разумеется, наиболее распространенным был самый безобидный подвид: машинописные доптиражи. Реально непросто было найти читающую семью, в которой не хранилась бы перепечатка Стругацких, Булгакова, Пастернака или Аксенова. В этот период самиздат получил опыт успешного массового достраивания издательского пространства. Именно самиздат восполнял нехватку определенных книг и был в этом вполне конкурентоспособен.



Самиздат советской эпохи - фотокопия романа "1984" и знаменитый машинописный журнал "Хроника текущих событий"

Третьим массовым выплеском самиздата стали девяностые, точнее отсчитывать этот этап корректнее с конца восьмидесятых. Во-первых, стало все можно и во вторых появились новые технические средства. Задачи, которые в это время выполнял самиздат - обкатка технологии (причем еще довольно долго этот новый самиздат мало отличался от слепых ксерокопий семидесятых) и насыщение информационного пространства, утоление первого дикого неразборчивого голода на как можно более разные тексты, независимо от их уровня и качества. Это был второй после НЭПа период, когда самиздат сросся с официальным книгоизданием. Самодеятельно (быстро, некачественно, на коленке) подготовленные книги шли во вполне взрослый тираж, порождая чудовищно непрофессиональные издания. Надо сказать, что от этой... травмы... официальное книгоиздание не вполне оправилось до сих пор.

Также впервые настолько большую часть самодеятельных книжечек составил, так сказать, самсебяиздат. Прежде фигуры автора и публикатора, как правило, различались, а тут стало легко печатать самого себя и «слетел» такой банальный фильтр, как признание ценности текста хотя бы кем-то кроме самого автора.

Именно к этому времени относится расцвет ролевого самиздата. Газеты и журналы выпускались десятками, поэтические сборники сотнями. Правда, средний тираж снова, как и сто лет назад, не превышал двадцать-тридцать штук. Технологически же это чаще всего были распечатанные на принтере листы, сложенные пополам и пробитые скрепкой. То есть, мало отличающиеся от простой распечатки. Не спасали даже картинки.

А потом пришел интернет.

Справедливости ради надо сказать, что традиционный самиздат сохранился и в двухтысячные. Но он полностью повторяет своего предшественника из девяностых. А о новой модификации самиздата поговорим чуть позже. Итак, интернет.

На самом деле цифровой самиздат возник уже в конце 70-х, когда книги набирались и распечатывались уже на электронных машинах. Стоимость изготовления копии уже тогда резко подешевела. Во второй половине 90-х он начал принимать серьезные масштабы. А к середине двухтысячных файловые публикации стали угрожать бумажным. Традиционное книгоиздание отреагировало на это призывами запретить и не пущать, но пока войну оно, похоже, проигрывает.

Причины такого невезения я вижу вот в чём. В тот момент, когда книгоиздание стало бизнесом, книги начали делать максимально рентабельными, то есть изо всех сил снижать затраты на производство. Изрядно потрепанный в девяностые институт корректоров и редакторов все хуже справлялся со своими обязанностями, бумага серела и истончалась, внутренние иллюстрации и сопроводительные материалы отмирали как класс, верстка потеряла всякую связь с аккуратностью, в общем, среднестатистическая книга по качеству материала перестала принципиально отличаться от просто распечатанного текстового файла. Конечно оставалась полноцветная, часто даже твердая обложка... Но современный дизайн книжных обложек таков, что неясно, достоинство это или недостаток.

Электронная книга удобнее для пользователя, чем бумажная. Боюсь, что это данность. Уже появилась электронная бумага, в точности имитирующая свойства обычной, породив оксюморон: электронную читалку, требующую внешнего освещения. Уже выпускаются кожаные чехлы для читалок, не уступающие по тактильному кайфу старинным переплетам. Глядишь, скоро начнут выпускать к файлам с текстами специальные карточки-сертификаты, так что коллекционеры по-прежнему смогут собирать библиотеки (только теперь - в кляссерах типа филателистических) и хвастаться друг перед другом уникальными изданиями. А бумажные книги останутся уделом небольшой кучки фриков, снобов и эстетов, а со временем – атрибутом достатка и аристократизма. Как и было до наступления эпохи массового книгоиздания. Круг замкнулся.

3. О книгe бумажной замолвите слово...



Зачем в этой ситуации может быть нужна бумажная книга?

Первый очевидный ответ - заработать денег. Распространение твердых копий легче контролировать, технология их продажи отработана веками. Что ж, это работает (пока) для нормальных тиражных издательств и для популярных писателей, но очевидно, что для самиздата такая цель подходит плохо. Даже при трехсотпроцентной накрутке один человек не пропустит сквозь себя такой поток продаж, чтобы компенсировать все трудо- и, главное, времязатраты, которых требует самостоятельное издание книги.

Второй ответ подходит скорее для начинающих или малотиражных авторов. Для них у выпуска бумажной книги есть еще одна понятная цель: то, что называется "потешить ЧСВ" - чувство собственной важности. Большее число читателей и более мощную обратную связь дает не бумажная, а электронная публикация, реальный профессиональный статус возникает от участия в семинарах и публикаций в профильных журналах, однако авторы с упорством стремятся выйти «в бумаге». Подарить, подписать, поставить на полку...

Здесь же, кстати, играет роль тот момент, что только с бумажными книгами работает подавляющее большинство критиков и номинаторов литературных премий. Чтобы попасть в сферу внимания литературной общественности, удостоится отзывов, волей-неволей нужно выходить "в бумаге". Сетевые премии и премии, рассматривающие рукописи, пока еще в полном меньшинстве.

Интересно, что в сознании многих людей современная цивилизация выглядит ненадежной. С этой точки зрения бумажной книге можно зачесть еще один плюс: это - носитель, не зависящий от технологий и не требущий между собой и читателем посредников. Когда все рухнет, отключат электричество, бумажная книга останется единственным способом пронести знания с собой в будущее. Еще и поэтому недолговечность современных изданий из-за их низкого качества - это огромный минус.

А, к примеру, издательство "ВитаНова" уже сейчас предлагает обеспеченным клиентам эксклюзивный товар: сформированную под заказ библиотеку в полтысячи-тысячу томов, сделанную в единственном экземпляре на отличной бумаге и в тисненых кожаных переплетах. Их слоган - "книги, которые достанутся вашим внукам".

И, наконец, главный и объединяющий ответ.

В одном афоризме из «Слов Ванталы» говорилось: «В купленной тобой книге твоя только бумага». Появление электронных читалок оформило ситуацию окончательно. Давайте ответим на вопрос, что останется от книги, если изъять из нее текст.

Останется предмет. Причем, предмет, выполнявший функцию оболочки, упаковки текста. Иными словами - книга это форма воспроизведения текста. И вот чем-то эта форма характерна, чем-то она отличается от других – аудиокниги или текстового файла.

И если ответить, в чем преимущество книги-как-формы над файлом-как-формой, станет ясно, зачем могут быть нужны бумажные книги в эпоху торжества интернета.

4. Больше, чем книга



Итак, книга - предмет. Объект материального мира. Ее можно трогать, гладить, ассоциировать с ней личные переживания, носить с собой, дарить, коллекционировать. Средний человек не только эмоции, но и информацию проще запоминает, "записывая" её в своей памяти на какие-то физические носители. Так что предметность книги - это само по себе огромное преимущество, ведь наша евроатлантическая цивилизация - цивилизация материальная.

По сути сейчас собирание бумажной библиотеки – это собирание не текстов, а памятных сувениров.

Чтобы предметность книги срабатывала как фишка, это преимущество надо изо всех сил подчеркивать и обыгрывать. К слову, некоторые издательства это прочухали: в последние пару лет резко вырос сегмент подарочных изданий - в хорошем переплете, на глянцевой бумаге, богато иллюстрированные, с тиснением и ляссе, в суперах и футлярах. Гениальный пример из это области - "Книга с историей" издательства Мещерякова. Эта книга сразу делается как артефакт - и пользуется огромной популярностью.


Борис Балтер, "До свидания, мальчики". В коробке, кроме богато иллюстрированного переиздания знаменитого романа, есть еще и диск с фильмом-экранизацией


Книга только что пришла из типографии. Все потертости корешка, пятна на пожелтевшей бумаге и прочие приметы возраста, сделаны полиграфически


"Типовое" подарочное издание: тисненый кожаный переплет, мелованая бумага, тонированный обрез, ляссе

Что можно выжать из предметности книги? Как подчеркнуть предметность книги? Какими фишками можно и стоит оснастить бумажную книгу?

= У издания бывают оформление и, главное, иллюстрации. Здесь преимущество еще какое-то время будет за бумагой. Художники народ консервативный, и рисовать для бумаги еще какое-то время будут охотнее. Хотя при этом издателям хорошо бы не экономить на полиграфии, а то нынешняя слепая печать уже сейчас бывает похуже экрана читалки.

Цифровой альтернативой этого пункта становятся книги-приложения с добавленным интерактивом и флеш-технологиями. Это пока совсем новый формат, но он имеет все шансы стать отдельным видом искусства. Большой толчок с появлением такой технологии получили комиксы: для них эта форма воспроизведения подходит идеально.

А применительно к книгам оформление - это все-таки Ян Чихольд, пророк верстки, это красота в статике. Впрочем, с оформлением тоже нужно знать меру и не перебарщивать. Порой широкие пустые поля смотрятся лучше средневековых буквиц на полстраницы.

= Дополнительные материалы и справочный аппарат. Сноски, примечания, вступительные и заключительные статьи, алфавитные указатели, комментарии. В книге, в отличие от файла, нельзя сделать гиперссылку и нельзя открыть гугль в соседнем окне, но можно по мере сил компенсировать этот недостаток. К тому же, такие допматериалы с большой вероятностью останутся эксклюзивом, отличая вашу книгу от этого же файла в электронной библиотеке.

= Работа составителя. Даже если в интернете есть всё, тематический сборник, лучшее избранное или другая подобная фильтрация на какое-то время сделает издание отличающимся от сетевого аналога.

Кстати, если предполагать, что фигуры автора и публикатора различаются, то книга, выпущенная малым издателем вызывает у читателя больше доверия. Ведь уже нашелся кто-то, кто, не рассчитывая на коммерческий успех книги, потратил массу сил и времени чтобы она начала существовать. Значит текст и впрямь достоин внимания.

= Идея, изначально взятая у кино- и игроделов. Приложенный предмет. Что-то, составляющее именно с этой конкретной книгой единое целое. Предмет, овеществляющий ту реальность, которая транслируется текстом. Бижутерия с кельтским орнаментом к "Школе в Кармартене", веер к "Запискам у изголовья" или закладка - игральная карта к "Хроникам Амбера". Самый чеканный пример здесь - закладка, потому что такой предмет и дальше существует в комплекте с книгой, срабатывая при каждом перечитывании, а не используется отдельно. Идеальный пример из моей собственной коллекции - советское подарочное издание стихов Симонова. В комплекте была закладка в виде фронтового "треугольника" с факсимилье стихотворения "Жди меня и я вернусь": пожелтевшая бумага, штампы полевой почты и прочий антураж.

Эту идею тоже уже вполне реализуют. В первую очередь - детские глянцевые журналы. К номерам "Гарри Поттера" прикладываются то волшебная палочка, то фигура из магических шахмат. Журнал «Минералы. Сокровища земли» к каждому выпуску прилагает кусочек соответствующей теме номера породы. Здесь уже неизвестно, в большей ли это степени сувенир к журналу, или сопроводительная листовка к сувениру.

А к третьему тому комикса Линор Горалик про зайца ПЦ совершенно логично прикладывался пакетик с презервативом в фирменной упаковке.


В подарочный комплект к очередному тому комиксов про Зайца ПЦ входит презерватив в фирменной упаковке



Каждый номер этих тематических журналов комплектуется шахматной фигуркой или соответствующим минералом

= Еще одну идею подали компьютерные учебники, а потом опять же подхватили журналы. Это приложенный к книге (например, в кармашке на задней обложке) мультимедийный (или просто аудио) диск. В самом простом варианте на диск пишется аудиоверсия этого же текста: либо песенный альбом для автора-исполнителя, либо авторское чтение для поэта, либо аудиокнига для прозаика. Пример - книга Лукиных «Пока не кончилось время», изданная «ПринТеррой», где на комплектном диске Евгений Лукин прочитал вошедшие в книгу рассказы.

= Ну и конечно в мире тотального тиражирования ценится каждый штришок индивидуальности. Когда на половине книжных полок страны стоят ряды одних и тех же корешков, любой хэндмейд ценится на вес золота. И этот фактор грех не использовать. К примеру, позаимствовать у Серебряного века идею "Все экземпляры пронумерованы и подписаны автором" при небольших тиражах вполне можно, как это делаем мы в издательстве "БастианBooks".

И вместо резюме. У игроделов есть понятие «подарочного» или «коллекционного» издания. Это игра, выпущенная на диске в коробочке с красивым буклетиком и доп-материалами, например, с фильмом от создателей, а еще к комплекту может прилагаться сумка или майка с логотипом игры. При том, что игра – это чаще всего свободно копируемая кучка файлов на компьютере, подарочные издания пользуются огромной популярностью.


В подарочное издание игры "Ведьмак", кроме самой игры, входят книга, плакат с картой, ведьмачий медальон и кожаная сумка с логотипом

По аналогии рискну утверждать: сейчас «бумажная книга» - это уже само по себе «подарочное издание» текста. Потому что обычное его издание – файл на электронной читалке.

Именно поэтому изданная «так себе» книга – уже сама по себе маркетинговая ошибка! Это плохо сделанное подарочное издание! Обычная книжка, сделанная бедно, скучно, без фантазии и приложения труда неизбежно проигрывает файлу. Потому что мало того, что неудобнее, так еще и ничем не интереснее и не лучше. Бумажное издание требует качества и бонусов. Иначе, какой в нем смысл?

Практика показывает, что даже если вы выпустили эксклюзив, текст, пусть и позже, но выложат. А книгу и дальше надо будет продавать. Так что книжная форма должна быть обоснована и несомненна.



Окончание - здесь: http://lin-lobariov.livejournal.com/576034.html
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments